Гарви

Гарви

автор
Андрей Sart Приходько

Победа зверя

-Ну и где ты это взяла? Ты, дорогая, конечно как хочешь, но лично я это жрать не стану! Можно подумать, что в радиусе 15 км другой, нормальной еды не нашлось.
-Так и не ешь, тем более что не затем я его принесла.
- Тогда на какой ляд тебе сдалось это лысое создание, зачем тащить в наш дом всякую гадость?
- Он один остался, без семьи, я его возле аномалии подобрала, туда автобус угодил все взрослые особи погибли, а он выжил – жаль малютку. Он ведь совсем не такой как взрослые, он миленький и пахнет хорошо, вот понюхай, совсем не воняет!
- Да знаю я этих тварей, пока маленькие все хорошенькие а вырастут так только держись – охотятся где попало, гадят где попало, разрушают все бездумно, и кроме смерти ничего от них не дождешься. Одни жилища их чего стоят? Серые, холодные – просто мрак!
- Дорогой, не начинай а, давай его оставим?
- Да ни за что на свете, не хочешь есть так отнеси где взяла, может подберет кто.
- Нет, свои его не примут, для них малыш просто помеха. Сожрать не сожрут, но умирать бросят - это точно, а сталкерам он тоже не нужен – рюкзаки таскать мал, да и на роль отмычки не очень то подойдет! Знаешь что, я его себе оставлю, и не бурчи под нос, ты вечно уйдешь на дальний кордон или вон с соседями воюешь, а я сижу тут одна, как дура, вою от тоски. С ним мне веселее будет. И теплее, ты же не всегда мне бочок греешь, все сутками где-то пропадаешь.
После последней фразы она хищно потянулась и уткнулась в его плечо.
- Ладно, но только не тащи его в постель.
- Останешься дома, точно не буду.
Идиллию семейной пары прервало тихое хныканье маленького существа.
- ну ладно, оставляй а мне пора, что-то соседи с севера нас поприжали, пойду, покажу им кто здесь хозяин, да и неохота слушать всю ночь писк этого маленького уродца. Пока, я скоро вернусь, не скучайте без меня!
Кому уродец, а кому и детеныш подумала она прижимая скулящее создание к груди.

Герда

Ее звали Герда, вот уже семь лет как она жила в Зоне – боролась за территорию, охотилась, убивала – попросту выживала. Нельзя сказать, что жизнь в Зоне была легкой, но Герде она нравилась, да и другой жизни она не знала. Все инстинкты, заложенные в любое живое существо матушкой природой, были обострены в ней до придела, что помогало не раз выжить в тяжелых, смертельно опасных ситуациях. На вторую весну в Зоне она встретила Вика, и что-то незаметное произошло между ними, нет, не вспышка и не разряд молнии, как говорят дешевые поэты в своей писанине. А скорее что-то легкое, ветреное и неуловимо манящее как аромат лесных цветов, как запах реки, как тепло первых весенних лучей солнца. С тех пор они были все время вместе, вдвоем.
Выживать стало легче - злобные соседи не всегда рисковали приблизится к грозной семейной чете. Но как мы уже и говорили Зона обострила все инстинкты, в том числе и материнский. Зона-Зона, злобная девка, которая ничего не дает просто так, которая бьет в самые слабые места. За пять лет совместной жизни они так и не смогли обзавестись потомством. И теперь, это маленькое безволосое существо, найденное Гердой возле угодившего в аномалию автобуса ученых, стало для нее родным.
Вик поначалу нервничал, и не мог принять ее решения, но позже и сам привязался к чудному непоседе. А то, что он на них совсем не похож – в этом нет ничего страшного, главное, что Герда была счастлива.

Малыш


За два года малыш окреп, и уже выходил с «родителями» на патрулирование территории. А они привязывались к нему все больше, считая его своим маленьким героем. Каждый километр Зоны давался ему с большим трудом, но он упорно шел за ними все дальше и дальше от дома. Герда считала, что силы малышу придает любовь к ним, а Вик, дразня ее, говорил, что малыш просто боится оставаться один дома. Хотя сам, внутренне был уверен в том же - конечно, а иначе откуда в этом тщедушном тельце столько силы и воли?
А еще Вик и Герда стали его не просто любить, но и уважать, когда во время очередного пограничного столкновения с соседями малыш не растерялся, а схватив палку так яростно зарычал, что даже у Герды похолодела спина и по телу пошли мурашки.
- А смелости нашему мальцу не занимать – сказал тогда Вик и улыбнувшись во все зубы потрепал его по загривку.

Гарви 


Да именно так, в 16 лет они крестили его, и назвали Гарви. Герда почему-то решила что его имя должно обязательно состоять из их имен, чтобы подчеркнуть наследственность, наверное, а так как Герви звучало довольно скверно, мамаша пожертвовала одной буквой, и он стал Гарви.
- М-а-а-м, а ты меня любишь?
- А по шее?
- Значит любишь! Но ведь я не похож на вас! Ни на тебя, ни на папу!
- А разве любят за то, что похож?
- А за что любят, мам?
- Ну точно не за это, мы бы любили тебя будь ты похож хоть на человека или на сталкера, да хоть на кровососа с контролером, все равно любили бы.
- Странно, не понятно все-таки – за что любят?
- Да ни за что, если за что-то, то это уже не любовь. Но если тебе от этого станет легче, то можешь считать, что мы любим тебя за то, что ты не похож на человека.
- Я не похож на человека?
- Совершенно не похож.
- А на сталкера?
- Немножко похож, но только самую малость.
- Ага, завралась, ведь сталкер то похож на человека, а я на сталкера!
- О, Зона! Тебе 16 лет, а в голове сплошной ветер! Сталкер похож на человека только внешне, но они другие, они слышат Зону, понимают ее, они наши, здешние! А люди – совсем другое, оболочка та же, а внутренности – нет. Хотя нет, и внутренности такие же, и на вкус…
- Мам ты что, ела сталкера?
- И ты ел, позапрошлой зимой, когда совсем еды не было, и вообще не перебивай мать!
Так вот, внутренности то у них одинаковые, и даже мозги, но душа, что ли, разная.
- Мама, ты говоришь загадками! То похоже, то похоже, а какая-то Душа не похожа – и все становится с ног на голову, объясни нормально!
- Хорошо, за сколько километров ты учуешь папу?
- За 3-4 если он не прячется, если прячется, то метров за 700
- А папа тебя?
- Километров за 4-5 если я не прячусь, а если прячусь то все равно за 4-5, но это же папа!
- А в скольки километрах ты чуешь сталкера?
- Ну где-то за километр-полтора в любом случае!
- А человека?
- За три!
- И ты что, действительно думаешь, что ты чувствуешь это все своим безволосым носом?
- Конечно мам, мы же хищники!
- Ну тогда скажи мне, хищник, в скольки метрах от твоего славного носа мы с отцом спрятали ягоды тебе на крещение?
- В 70 метрах
- И ты их почуял?
- Нет!
- А они сильно пахли?
- Да!
- Так вот, дурашка, мы, как и все создания зоны, включая сталкеров, не только видим, слышим, но еще и чуем в той или иной мере все живое, что окружает нас!
- А люди?
- А люди не чуют!
- А почему?
- Я же говорю, не знаю, наверное душа другая у них, испорченная, наверное!
Все, достал ты меня, марш спать! А утром выметайтесь с отцом на охоту, вы мне за сутки порядочно поднадоели – два самца в доме это уже слишком!!!

Вик 


Утро было солнечным и безоблачным, такое утро в зоне – большая редкость. Вик проснулся первым, Герда еще спала и лишь ее ресницы чуть подрагивали в такт каждого движения Вика. Будь это не он, а кто-то другой, она бы мгновенно проснулась, но своих в зоне чуяли даже во сне.
Гарви спал свернувшись калачиком, Вик немного посмотрел на него с улыбкой, и с трудом заставив себя стать серьезным сказал – вставай, лежебока, всю еду проспишь – с голоду помрешь!
- Пап, может сегодня не пойдем? Спать охота!
- Я бы не пошел, но боюсь за себя и за мать, ты со своим аппетитом без еды становишься опасным для окружающих, а мы живем под одной крышей! Вот будет весело – мама проснется а ее правую ногу Гарви доедает!
- Па, не говори ерунды!
- Ну, тогда и ты не говори. Вставай идти пора – джунгли зовут!
- А что такое джунгли?
- Да не знаю, слышал просто разговор двух людей, наверное, это их мать или еще кто-то – раз зовет.
Поход не предвещал ничего необычного – утренний обход территории по малому кругу с возможностью поохотиться. Они уже почти поравнялись с заброшенными человеческими домами, как вдруг Вик остановился как вкопанный. Удивлению Гарви не было предела – даже почуяв опасность отец просто переходил на более тихий и мягкий бег.
- Послушай, сынок.
- Что, папа?
- Молчи и слушай!
Гарви не ощутил ничего необычного, все как всегда – лес, ветер, в конце деревни Контролер забавлялся со своей очередной игрушкой, куча разных мелких тварей от паука до лисы. А за холмом километрах в двух четыре сталкера, скорее всего отдыхают.
- Пап, да все как обычно, вроде.
- Сталкеры.
- Ну да, четыре штуки, я их чую.
- Слушай не количество, а каждого из них.
Гарви поначалу не понял, чего хочет от него отец, но потом, поглубже вслушавшись, всмотревшись, внюхавшись, (называйте это как хотите) он осознал, что так удивило Вика. Сталкера были очень странные, как будто кто-то взял отображение обычного сталкера в зеркале, да еще перевернул его вверхтормашками. От изумления у Гарви глаза на лоб полезли.
- Сына, ты сиди здесь, а я пойду, гляну - что это за твари такие.
- Пап, я с тобой!
- Сиди здесь!
Понимая, что отец не позволит идти с ним, Гарви решился на маленькую хитрость - пап, ты только не смейся, но мне страшно оставаться самому.
Вик, немного поразмыслив, согласился взять его с собой – хорошо, но держись метрах в ста сзади.
По мере приближения поступь Вика становилось все осторожнее и осторожнее. Странно, думал Вик, обычный сталкер уже давно учуял бы приближение посторонних, эти же сидели спокойно.
Вик подкрался еще ближе, оглянулся на Гарви, мол оставайся на месте, тот послушно пригнулся к земле. Через несколько секунд сталкера оживились – учуяли таки, подумал Вик. Зрение не позволяло видеть происходящее, странные сталкера находились на холме, да еще и за небольшим строением, но чутье подсказывало – они похватали свои автоматы и приготовились к обороне.
Вик на секунду задумался – а стоит ли нарываться, может оставить странных сталкеров в покое? Но с другой стороны это же его территория и чужаки должны знать – кто тут хозяин! Так спусти с лап одному, другому – и без дома останешься! Издав свой самый яростный боевой клич, Вик не спеша пошел на встречу неизвестному. Сталкера даже не шелохнулись – очень многие уже бросились бы в бегство, а эти стояли как каменные, как будто ждали его. Почему не убегают? Убивать ведь не хотелось. Все высшее и высшее поднимался Вик на холм, и все больше и больше разбирало его любопытство – что это за наглецы не испугались его, попутно с этим легкий холодок страха щекотал его нервы.
«Парни, схема стандартная по химере, работаем!» – этот крик, как заклинание перевернул мир Вика с ног на голову. Сталкера вдруг исчезли, и если верить чутью вместо них возникло что-то огромное, гораздо больше самого Вика. И это что-то пыталось охватить вика с четырех сторон. Вик рванул вперед – такая метаморфоза просто не возможна! И уж если ему отказало чутье, стоит разобраться в ситуации полагаясь на зрение.
Три сталкера, в черно красных комбинезонах приближались к нему выстроившись полукругом. Еще одного Вик заметил боковым зрением, он перемещался бегом, чтобы замкнуть кольцо. Подсознание же рисовало совершенно другую картину – огромное злобное существо, медленно стекая по холму, подмяло под себя Вика и растекалось дальше, образовывая пузырь с ним самим в центре.
Игры зрения и подсознания сводили Вика с ума, в яростном рывке он направился к ближайшему из сталкеров.
- второй, третий – огонь! Четвертый – граната!
Тело Вика осыпал град пуль, было больно, очень больно! Но самый сильный удар он получил со спины – прямо под задними лапами что-то разорвалось и метал врезался в тело. Вик развернулся, чтобы бросится на обидчика.
- четвертый, третий огонь. Я и второй – из подствольника, под задние лапы!
Удары пуль становились все болезненнее. Порезы начали сочиться кровью, но на этот раз Вик твердо решил достать сталкера, он издал яростный рык и сгруппировался для прыжка. Будь это обычные люди, или сталкера Вик наперед знал бы каждое их движение и действие, но сейчас чутье рисовало лишь пузырь, темный холоднокровный сгусток. Оставалось полагаться на зрение, слух и обоняние, все эти чувства не давали полной картины боя лишая его возможности уходить от пуль и гранат. Два мощных разрыва подняли его в воздух и как котенка опрокинули на спину. Боль была невыносимой. Силы оставляли Вика, глаза закрылись, а обрывки подсознания донесли страшную картину, как огромный пугающий пузырь все плотнее сжимался вокруг него, и в конце концов, превратился в четыре маленьких точки – четырех сталкеров.
- Что я вам говорил, парни – квад это сила, ни одна тварь не выстоит! Работаем как единое целое, не зря столько тренировались – результат на лицо!
- А с этим что делать будем? Палим или в институт продадим, для опытов?
- Ты для начала свяжи, после разберемся, да поторопись у этих гадов регенерация просто удивительная.
- И начни с морды, чтоб он тебе неожиданно ничего не откусил.

Гарви

После отцовского боевого клича Гарви решил залезть на дерево, чтобы увидеть, как папка надает зарвавшимся нахалам. Он устроился по удобнее в гуще кроны большого клена и замер в ожидании. Но дальше происходило что-то совершенно странное – отец, запросто разрывавший два десятка людей даже не смог приблизиться ни к одному из противников. Они же, напротив расстреливали его чуть ли не в упор!
Гарви, увидев что дело худо, ринулся было на помощь к отцу, но тут же получил от него на столько мощный сигнал оставаться на месте, что буквально прилип к стволу дерева. Оставалось только сидеть и смотреть, ну раз смотреть, так значит не только глазами. Гарви включил все свои чувства на максимум и…
Падение с дерева было очень болезненным, увиденное настолько его ошарашило, что он перестал держаться и свалился с дерева. Гарви отказывался верить своим ощущениям, но картина была на столько реалистичной, что выбросить ее из головы просто не получалось. Огромный серо-красный пузырь, наполненный нет, не ненавистью – ненависть эмоциональна, наполненный смертью, холодной бесстрастной смертью сжимался над его отцом и медленно преобразовался в четырех сталкеров в черно-красных комбинезонах.
Все стихло, ни выстрелов, ни рыка. Образ отца сжался до маленького комочка, но не исчез окончательно. Значит он все-таки жив. Нужно папку выручать пока сталкера не ушли с ним, или не добили его окончательно.
Опыт общения с людьми и со сталкерами у Гарви был, но как к этим то подойти? Они казались ему абсолютно противоестественными от внутреннего мира до комбинезона! Сплошная антигармония. Единственное что они делали вполне естественно, так это убивали – как будто это их единственная цель в жизни.

Дядя Коля

- Что, сынок, не знаешь что делать?
Гарви резко развернулся приготовившись к бою, Руки сами зашуршали по земле в поисках оружия.
- Гарви, ты чего, не признал меня? Это же я, дядя Коля, сосед ваш!
Гарви присмотрелся, и увидел метрах в пятидесяти среднего роста мужчину с очень большой головой и в серо-синей клетчатой рубашке. Слезящиеся глаза не мигая смотрели в его сторону.
- Привет, дядь Коль, чуешь с папкой какая беда случилась? Может подсобишь? У тебя ведь талант убеждения о-го-го.
- Чую Гарви, чую – ты же знаешь, я как ни кто другой чую! Но только вот к этим, пока они вчетвером подходить боюсь. Видел, чего творят вместе? Аж мороз по коже! А с виду вполне обычные сталкеры. Интересно, а они сами осознают, что становятся одним целым, и даже более! Я за ними уже несколько дней наблюдаю, подойду – вроде тихо, потом как взбудоражатся и в пузырь превращаются. Отойду – все на свои места становится. Главное сколько зверья уже положили ни за что! Одно радует – уж больно приторможенные они. Да и Зону чуют плоховато, а видят и того хуже. Папка твой из засады поди надрал бы им задницы легко, но вот больно он гордый – из засады нападать! За что и поплатился.
- Дядя Коля, ты поможешь или нет?
- Помогу, советом помогу. Ты сходи к ним сам, просто так. Тебя они за своего примут. Главное говори, что попал в аномалию и ничего не помнишь. Потом дождись пока спать лягут, а там – сам знаешь что делать.
- Думаешь, я сам справлюсь?
- Убери хотя бы одного, а там и я помогу с остальными, втроем они не так страшны.

Долг 


Гарви остался, наедине со своими мыслями – может бежать за помощью к маме? Так взрослый ведь уже. Мать сама его взрослым самцом назвала, стыдно просить ее о помощи. Не обманет ли сосед, поможет?
Углубившись в тяжкие раздумья, Гарви не заметил, как день плавно перешел в вечер. Время думать прошло, пришло время действовать. «Не думай, действуй! Действие быстрее мысли!» - эта внезапно всплывшая в голове фраза, сейчас забытого но когда-то известного человека - бойца, детонатором взорвалась у Гарви в голове. И Гарви пошел вперед. Что будет дальше он не знал, но смелость, как говорится бюррера берет, а наглость все остальное.
- Стой парень, ты кто такой? Что ты тут делаешь?
- Дяденьки, не стреляйте в меня автоматом. Я хороший, я маму слушаюсь. Я шел а тут бах, заблестело и я тут, а вы тут, и я к вам – вот!
Гарви от волнения нес полную ахинею, он забыл все советы соседа, мысли путались, язык стал деревянным и невыносимо тяжелым.
- Парень, ты что, в аномалию угодил?
- Да дядьки, в блестящую такую штуку, с искорками. Не помню ничего. Уже темно, мне страшно, я к вам хочу, у вас огонь, у вас светло. А если меня мутанты сожрут, мамка меня тогда вообще прибьет! Она у меня грозная.
- Успокойся парень, повезло тебе, мы спецотряд Долга, с нами можешь не боятся. Мы любого монстра прижучим. Так что будет кому мамке твоей по шее дать, не сгинешь.
Проходи, садись у костра, а завтра отведем тебя за периметр. Вон, видишь – химеру сегодня поймали! Завтра в НИИ повезем, ну и тебя заодно, как ценный экспонат.
После последней фразы сталкера дружно захохотали и улеглись вокруг костра.
- Лукаш, тебе дежурить первым, остальным спать! – скомандовал один из сталкеров, по всей видимости главный.
Через пол часа все Долговцы, кроме дежурного мирно спали, под тихое потрескивание костра.
- Дядь, а что такое Долг?
- Долг, сынок, это последняя надежда людей на победу над Зоной, мы единственная группировка, которая реально борется с Зоной и ее порождениями.
- Я и не знал, что с Зоной нужно бороться, по моему это бессмысленно.
- Ты что парень, Зона это зло! Скольких людей она сгубила – не сосчитать.
- Впервые слышу, чтоб Зона кого-либо губила. Губит глупость, неосторожность, жадность – но только не Зона.
- А монстры, парень, они ведь людей десятками крошат!
- По-моему люди сами нарываются! Лезут везде, как к себе домой, и надеются что им будут рады, да при этом еще хозяев пинают!
- Ты, парнишка размышляешь как сталкер, и от Зоны зла не хлебал. А как мне быть, если она у меня семью забрала? Я бежал от Зоны, понял что не все в этом мире для людей, собрал жену, детей и ходу. Но автобус наш в аномалию угодил. Лучше бы меня на куски там разорвало! Жена погибла, дочь погибла сын… Я два года в больнице пролежал.
- Но это же аномалия, случайность! Монстры тоже в аномалиях гибнут.
- Монстры говоришь? А знаешь, паренек, за что я этих тварей да монстров больше всего ненавижу? Последнее что я видел в своей жизни, это самка химеры, она моего сынишку в пасти держала, а ему и годика не было, маленький совсем. Он мог бы жить, он выжил в аномалии…
С тех пор и я, вроде как не живу, умер 16 лет назад. Одна оболочка осталась никому не нужная. Ненавижу сук этих, а эту тварь связанную, сталкер кивнул в сторону химеры, голыми руками порвал бы, на клочки порвал бы. Но он нужен для опытов, чтоб весь род их проклятый извести, под корень.
Гарви плакал, слезы катились ручьями по щекам – «родители» никогда не скрывали от него его происхождения. Слов не было…

Лукаш

- Лукаш, а правда что ты бывший Долговец?
- Отстань!
- Нет ты ответь!
- Конечно правда, все об этом знают, тебе-то что?
- А чего же ты так резко идеологию сменил?
- Поумнел.
- А правда что у вас по базе две химеры пешком гуляют, говорят ручные, даже не на цепи?
- Нет, не правда!
- А Макс говорил правда, а я Максу верю!
- Дурак ты, и Макс дурак – не ручные они, умные просто, да и заходят не просто так, а по родственному, по соседски.
- Ага, ты еще скажи, что ты с ними разговариваешь.
- Разговариваю!
- А чего с другими они не говорят?
- А о чем им, с вами, дураками, говорить?
- Лукаш, а еще вот скажи, только правду, говорят ты с черным сталкером знаком лично?
- Конечно знаком, родственники мы с ним.
- Вот заливает то, и не краснеет!
- Только вот он не черный а вполне белый, имя просто как у черного.
- Тебе, Лукаш, все бы подкалывать да подначивать, никогда серьезно не говоришь.
- Я серьезно с серьезными людьми говорю, а с тобой балаболкой и посмеяться не грех. И вообще спать ложись – завтра к Сидоровичу за железками идти, вставать рано придется.


Февраль 2010 года

Loading...

Возврат к списку